Блэкволл пришёл бы сюда, в Убежище. Никаких сомнений. Ведь всё объяснимо — у Ордена невзгоды всякие творятся, как оставаться в стороне? Только вот со своими давно связи не имел. И раз те пропали, то медлить не станет. Очевидно же, что эта Инквизиция станет искать Стражей — тут не только у Блэкволла ёкает. Тут выдыхает напряженно и Ренье — и с облегчением, отчасти. Они опять совпадают — это хорошо. И молодой эльф, видно, поверил ему, мигом кинувшемуся следом — дескать, возьмите в свою Инквизицию. читать дальше

night vale

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » night vale » Фэндомные эпизоды » fear of the dark


fear of the dark

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

https://66.media.tumblr.com/8c4dbabbb06bb8cd024c320d8004e055/tumblr_pdgg4xaVo31v7dbe0o2_250.gifhttps://66.media.tumblr.com/1e27d42238ec18936f074491e5e82767/tumblr_pdgg4xaVo31v7dbe0o1_250.gif

FEAR OF THE DARKLeksa || Clarke
постапокалиптические США
The Cinematic Orchestra - To Build A Home

There is a house built out of stone
Wooden floors, walls and window sills
Tables and chairs worn by all of the dust
This is a place where I don't feel alone
This is a place where I feel at home

Отредактировано Leksa kom Trikru (30.12.2018 01:13:35)

+1

2

Starset - My Demons

И снова это чувство, раздирающее до самых костей. Сердце заходится в бешеном ритме, зрачки расширяются, а живот начинает крутить в предвкушении. Вот только чего?

«Может быть, мы встретимся снова».

Эта фраза, похожая на фразу из сна, возникает в голове всякий раз, когда Кларк видит её. Ощущение такое, будто они виделись уже миллион раз до этого, и оттого вкус предательства плотно застревает где-то в глотке. Хочется достать пистолет и пустить пулю себе в лоб - в конце концов, что она потеряет? Беллами погиб первым, затем отделилась Октавия. Уэллс так и остался бродить в супермаркете среди игровых автоматов безликим существом, не реагирующим ни на что, кроме запаха свежего мяса. Она потеряла мать, убеждённая, что та так и осталась под завалами старой церкви. Вся её группа, ради которой она жила, была уничтожена; даже воришка Мёрфи - и тот наверняка уже был мёртв.

Не было ни цели, ни желаний, ни даже идей, куда можно двигаться. Весь мир заполонили ходячие мертвецы, а Кларк исколесила практически половину страны, чтобы понять - места лучше нет и быть не может. Если она не сдохнет от рук зомби - сдохнет от рук мародёров, и это станет блядским эпиграфом к её жизни. Апокалипсис наступил, и католикам с теоретиками заговоров впору посмеяться, да вот только - какая жалость - большинство из них давно уже познакомились с последствиями.

Может быть, у всего этого есть какая-то идея? В конце концов, может быть идея есть даже у того, что они действительно встретились снова?

Кларк могла бы развернуться и уйти. Кларк могла бы плюнуть на остатки человечества в угоду собственному эгоизму. Кларк могла бы сделать ещё сотню и тысячу вещей, которые не подвергли бы опасности её саму, но вместо этого она просто достала револьвер и пустила пулю в лоб ходячему, который был так близко к Алише. Пуля прошла насквозь, словно через решето, и застряла в грязно-серой стене амбара. Выстрел прогремел оглушительно, возможно, привлекая внимание ещё с полсотни ходячих в округе. И не только ходячих - с некоторых пор Кларк не могла решить, кто в этом мире представлял большую угрозу: живые или мёртвые?

Кларк протянула руку, вытаскивая Алишу из западни:

- Хватайся! - крикнула она. Мотоцикл покачнулся от груза, и рюкзак с провизией, привязанный к заднему сидению, повалился на землю, тут же плюхнувшись в зловонную яму, полную мертвецов. Даже если бы Кларк захотела, она не смогла бы вернуть его обратно. - Дерьмо!

Времени на раздумья не было - толпа ходячих приближалась, а их спасение исчислялось секундами, так что Кларк пришлось рвануть вперёд на полной скорости, из-за чего мотоцикл, не привыкший к большим нагрузкам, громко взревел мотором и начал ходить из стороны в сторону, пока Кларк не удалось выехать на ровную дорогу. Только тогда она позволила себе расслабить спину и слегка обернуться.

- Всё в порядке? Надеюсь, тебя не покусали?

«Может быть, мы встретимся снова. Может быть... мы встретимся... снова...» - набатом стучало в голове, заглушая абсолютно все остальные мысли. Как, чёрт возьми, один-единственный человек мог так сильно влиять на неё? В конце концов, в нагрудном кармане её куртки до сих пор лежал портрет Алиши, и он, если не лукавить перед самой собой, множество раз спасал Кларк от того, чтобы сдаться.
[nick]Clarke Griffin[/nick][icon]http://s5.uploads.ru/t/K3quZ.png[/icon][lzsm]<div class="lz1-name"><a href="ссылка на анкету">Кларк Гриффин, 18</a></div> <div class="lz1">Она была обычным подростком, приговорённым к суду, а стала первой, ступившей на Землю после долгих лет запустения. Вот только на Земле оказались свои порядки.</div> <div class="lz1-fandom">the 100</div>[/lzsm]

+1

3

Картинка перед глазами плывет кровавой пеленой. Именно тогда, когда важнее всего смотреть в оба, когда имеет значения каждая деталь, а от даже самого малейшего действия зависит моя жизни, я теряю контроль. Сама не знаю, как продержалась столько времени, держа себя в руках: без подкрашивающих коленок, без дрожащих пальцев, без задержанного дыхания. Этот холодный расчет просыпается каждый раз, когда я оказываюсь на волосок от смерти, но, кажется, всем чудесам приходит конец. В этом долбаном мире особенно.

И сейчас я понимаю, что этот момент наступил — начинаю задыхаться, в то время как часть меня все еще пытается найти выход.

«Не дай панике затмить сознание», — наставление самой себя получается слабым, почти отголоском в сознании, который не прибавляет никакой уверенности. Зато где-то там перекрывается обреченной мыслью, что конец слишком близко, и отчего-то эта мысль не пугает. Пусть не кажется привлекательной, но вызывает странное философское смирение и смутные мысли об избавлении.

Мертвецов вокруг слишком много: они смыкаются в круг, налазят друг на друга, рассыпаются на части, но продолжают тянуть свои мертвые руки в мою сторону. Живая стена мертвецов растет, становится толще, и верный браунинг не справляется. Он сросся с моей рукой, действует сам по себе, а я не чувствую ни его тяжести, ни силы ударов. Если выживу — будут болеть мышцы так, как не болели никогда. Но какая к черту разница, если каждая секунда приближает меня к последней?

Стадо оттесняет меня к заднему выходу старой стоянки. Рюкзак с нехитрыми припасами в виде черствых батончиков и нескольких пачек просроченного печенья остался в зале между хаотично сдвинутых стеллажей, теперь, видимо, затоптанный мертвецами. Мне ничего не остается, кроме того, чтобы вжаться спиной в дверь. На улице ситуация не лучше: около десятка ходячих трупов бродят между застывших колонок — надежды почти нет. Но лучше там, чем запертой в закрытом пространстве среди прибывающих мертвецов.

Дверь оказывается не запертой — не приходится бить стекло, вызывать лишний шум, привлекать еще большее внимание трупов. Это происходит независимо от меня. Выстрел. Гребанный выстрел в места, заполоненным этими творями! Хочется выругаться, но на это не хватает ни ресурса, ни времени — теперь у меня считанные секунды, чтобы проскочить между отвлекшимися за звук ходячими.

Звук мотора заставляет обернуться, посмотреть в сторону поросшего сорняками пустыря, отделяющего старую заправку от остатков трассы. Когда взгляд натыкается на светлые волосы, разметавшиеся по плечам, мне кажется, что смерть уже наступила — картина из давнего сна. А где еще увидеть подобное, как не за гранью? Но, определенно, сейчас не время рассуждать. Ком в горле уже не от страха, а ноги сами несут меня в сторону огромного байка. Задерживаюсь, спотыкаюсь, а острый кусок тяжелого металла проходит сквозь один сгнивший череп, второй, третий. На глазах теперь не только кровь, хлещущая из рассеченного лба, но и отвратительная гниль, запах которой давно перестал вызывать приступы тошноты.

— Хватайся! — мне приходится проткнуть еще несколько голов, прежде чем ухватиться за сидение из потрескавшейся кожи. Байк кренится, едва выруливает, чтобы пустить газ, привлечь внимание ещё большего количества мертвецов. Со стороны заправки слышится треск, затем звон разбивающегося стекла, и мертвецы, наводнившие небольшое помещение, толкая друг друга, теряя конечности, возясь на месте, давая нам несколько секунд форы.

На знаю, каким образом мне удается усидеть на байке. Кажется, слишком сильно прижимаюсь к спине девушки, а та едва не соскальзывает в яму, полную трупов, грозясь увлечь меня за собой. Мы оказываемся на ровной части дороги тогда, когда я думаю, что уже пришел конец всему, и успеваю ощутить лишь отчаянное желание жить. Такое яркое и резкое, как не было с тех пор как были живы Ник и мама. Как будто всего за миг безразличие к собственной судьбе сменилось колоссальной жаждой жизни.

Кларк.

Не фамилия, имя.

Я даже не знаю, что спросить, что сказать. Она появилась из ниоткуда, в ту секунду, когда не должна была появляться.

«Может, мы встретимся вновь».

Она ведь не говорила мне этих слов, тогда откуда они в голове.

— Вот мы и встретились вновь, — бормочу, все еще не выровняв дыхание, куда-то в светлые волосы, понимая, что слишком крепко прижимаюсь к девушке со спины, чувствуя ее тело даже сквозь несколько слоев нашей одежды. — Не укусили, — добавляю позже, через несколько вдохов. — Кларк.

Хочется зажмуриться. Мертвецы не просто где-то за спиной, мертвецы уже в другой жизни. Теперь могу осознать только что мчусь в никуда с куском прошлого, которое вдруг кажется необычайно естественным и не вызывает ни малейшего удивления.

И прижиматься не так тесно не получается — конечно же, из-за несущегося на всей скорости байка.

«А когда-то я боялась скорости».

+2

4

Дорога неровная и когтями впивается в колёса байка - тот покачивается, но вес держит. Кларк думает, что больше у неё нет припасов, а в домишке, где она обосновалась, осталось не так много воды и еды. Нужны тёплые одеяла, зима слишком близко. Неплохо было бы обзавестись и печкой - но это уже совсем роскошь. Во всяком случае для места, которое она считает безопасным. Неподалёку отсюда, в укрытии мрачных голых деревьев, ветви которых мажут по стеклу при сильном ветре. Вокруг расставлены ловушки - выживать в одиночку не так-то просто, и каждый день Кларк рискует нарваться на очередного ходячего, случайно отделившегося от магистрали или пришедшего из соседних фермерских домов. Предугадать, в какой момент появится ходячий - невозможно, и потому она спит слишком чутко, а по ночам видит одни лишь кошмары.

Сейчас Кларк думает о чём угодно, лишь бы не думать о тепле чужого тела, прижимающегося сзади. О стуке сердца, которое Кларк чувствует даже сквозь толстую кожаную куртку. О предательстве - том самом, около полугода назад. Она должна была поступить так: ради матери, ради своей группы.

По правде говоря, доверять Мёрфи было опасно. Возможно, тогда она уже знала, что это будет ловушкой; и всё же, увидев его лицо перед решёткой отеля, где и без того столпились люди, Кларк поняла, что он знает, где Эбби. Мёрфи просил об одном: пустить его внутрь в обмен на информацию, и Кларк, не задумываясь, согласилась. Вот только когда вернулась к своей группе - поняла, какой это было ошибкой, и возвращаться было слишком поздно. Тело матери она обнаружила под развалами церкви - её было не спасти. Монти оказался растерзанный возле дерева, и ей пришлось прострелить ему голову, чтобы он не встал вновь совсем другим существом. Тогда Кларк хотела верить только в одно: что её предательство не обошлось ценой жизней всех тех людей в отеле; людей, которые приняли её без всяческих вопросов, помогли выжить и делились своей провизией. В конце концов...

Голос звучит хрипло и со свистом вырывается из груди. Фраза режет слух, будто бы, произнесённая вслух, резко обретает физическую форму:

- Что? - сдавленно переспрашивает она. - Что ты сказала?

Байк подпрыгивает на очередной кочке, смазывает её слова, и те тонут в рёве мотора. Кларк поворачивает голову совсем на мгновение, но успевает заметить в глазах Алиши что-то такое родное и необъяснимо тёплое. Будто бы они и не расставались вовсе. Но есть в нём и что-то, что изменилось. Кларк улавливает это, но не может сказать наверняка: будто Алиша теперь совсем другой человек со старыми воспоминаниями. Такое бывает.

Она выравнивает руль и наконец сворачивает на просёлочную дорогу, ещё более ухабистую и грязную. Впереди - только грязь и мрачный лес.

- Я... - говорит она тихо и тут же прочищает горло. Слова застревают в глотке. - Наверное, я должна извиниться перед тобой. В прошлый мы расстались... не лучшим образом. - Губы кривятся в горькой усмешке.

+1


Вы здесь » night vale » Фэндомные эпизоды » fear of the dark